18.06.2019
От первого лица
Наши новые книги В рамках издательской программы МСПС увидел свет двухтомник известного русского поэта Валентина Сорокина Пер...
Подробнее
Новая книга, выпущенная в этом месяце в рамках издательской программы Международного сообщества писательских союзов и издательства...
Подробнее
Наряду с журналом «Голос Востока» и еженедельником «Литература и искусство» русскоязычный литера...
Подробнее
Авторы
Наши партнеры

starodymov.ru

vfedorov.yakutia1.ru

Особый случай

 

 

 

Диплом Ивану ПЕРЕВЕРЗИНУ

за особую роль

в укреплении мира на планете

 

 

События
Писатель Сергей Шаргунов возглавил литературно-художественный и общественно-политический журнал «Юность» Шаргунов &m...
Подробнее
Поэт и переводчик, первый заместитель председателя МСПС, председатель Московской городской организации Союза писателей России, зас...
Подробнее
11 марта мир отметил День содружества наций. В честь этого события Благотворительный общественный Московский фонд мира награди...
Подробнее
Память

 

 

Календарь

Выстуженный дом. К итогам Года литературы
опубликовано: 29-12-2015

Литература не должна наклоняться в уровень с обществом в его темных или сомнительных явлениях. Во что бы то ни стало, при каких бы обстоятельствах ни было, она не должна ни на шаг не отступать от своей цели – возвысить общество до своего идеала – идеала добра, света и истины! 

Н.А. НЕКРАСОВ

 

Официальные СМИ и политические структуры стараются изо всех сил показать парадный фасад современной России наподобие телестудии, где царит Вл. Соловьев в бархатном френче – только Украина с Турцией красоте мешают. Подлинная журналистика призвана показать внутреннее устройство громадного здания, а вместе с российской литературой – населить людьми, голосами, сутью отношений и смыслами существования. 

 

Объявленный президентом Путиным Год литературы, казалось бы, должен был сделать это здание более человечным и пригодным для жизни, всколыхнуть писательскую и преподавательскую общественность, заставить всех обитателей чаще обращаться к классике и современной литературе, чтобы в такое тревожное время опереться на лучшие ее традиции, воспитывать во всех коридорах власти и уголках обитания патриотизм, а не выстуживать наш дом пустыми словесами, «не наклоняться в уровень с обществом в его темных или сомнительных явлениях».

 

 Недавно ушедший из жизни Валентин Распутин писал: «Мы, к сожалению, неверно понимаем воспитание патриотизма, принимая его иной раз за идеологическую приставку. От речей на политическом митинге, даже самых правильных, это чувство не может быть прочным, а вот от НАРОДНОЙ ПЕСНИ, от ПУШКИНА и ТЮТЧЕВА, ДОСТОЕВСКОГО и ШМЕЛЕВА и в засушенной душе способны появиться благодатно-благодарные ростки. РОДИНА ПРЕЖДЕ ВСЕГО – ДУХОВНАЯ ЗЕМЛЯ, в которой соединяются прошлое и будущее твоего народа, а уж потом «территория». Слишком многое в этом звуке!..»

 

Духовная земля не всегда совпадает с реальной Россией, но и не является ее антиподом, темной изнанкой. Извлечение духовного зерна, постижение первопричин и последствий – это и есть миссия словесности, которой государство обещало помочь в официально объявленном Году литературы. Получилось ли это в полной мере? Ответ мой, скорее, отрицательный, несмотря на отдельные яркие события и достижения. «Возвысить общество до своего идеала» – такой высшей цели, по словам Некрасова, сегодня литература и ставить не может, поскольку Россия – Третий Рим, родина социализма, держава – победитель фашизма – впервые последние века официально не имеет идеологии! В литературной среде широко бытует мнение, которое я разделяю: русская литература во всем своем объеме и высших достижениях – и есть национальная идея России.

 

Правда, и тут индивидуальная мысль работает. Так, ярчайшим выразителем современного осмысления национальной идеи стал не очередной доктор устаревших наук, а подлинно стихийный философ Александр Молотков. Александр Евгеньевич живет себе тихо в деревне под Великими Луками, изредка публикуется. Но если уж вынес суждения на публику – они у него выношены и выстроены. В частности, пример целостной и современной книги – монография Молоткова «Миссия России. Православие и социализм в XXI веке» (СПб.: «Русский остров»). Касается он в ней и самого больного вопроса нынешней России, которая лишена идеологии по танковой Конституции: «Отрицать идеологию как таковую (как социальное зло) – значит отрицать государство как форму национально-исторической самоорганизации общества; что само по себе может иметь место в рамках либерализма или в контексте разрушения «тоталитарного строя», но что совершенно неприложимо к задаче национального возрождения… Это не проблема идеологии как таковой, а, скорее, проблема греховности человеческого сознания и тех злонамеренных сил, которые манипулируют этим сознанием в своих интересах».

 

Пожалуй, точнее не скажешь. Неужели наши официальные государственники не понимают азбучных истин, открывающихся в псковской глубинке Молоткову? Или как раз и устраивает манипулирование сознанием в своих интересах? Конечно, противостоять этим псевдопатриотическим кривляньям и умелым манипуляциям сегодня может только честное Слово русского писателя. Потому и не было особой надежды на широко объявленный Год литературы с открытием и фуршетом в МХТ Олега Табакова. В этом уже таился фальстарт…

 

***

 

Хочу напомнить, что идея проведения Года литературы родилась в ноябре 2013 года на Литературном собрании, которое провел лично президент. По итогам первого Российского литературного собрания Владимир Путин утвердил ряд поручений правительству страны, администрации президента и даже МИДу России.

 

Главное из них – организация Федерального фонда поддержки отечественной литературы. Он так и не был создан, снова Роспечать ограничилась разовыми акциями, вливаниями по своему усмотрению и прочими заурядно-бюрократическими действиями не сменяемого много лет и забронзовевшего руководства. Правительство не сделало (по лености, недомыслию, из-за кризиса и т.п.) двух главных вещей в Год литературы – не создало полновесной федеральной программы книгопечатания, куда вошли бы лучшие издания, посвященные 70-летию Победы (какое высокое совпадение!), юбилеям классиков и писателей-современников (достаточно назвать 200-летие со дня рождения поэта Петра Ершова, 120-летие Сергея Есенина, 100-летие Константина Симонова, а также Вероники Тушновой, поэту-песеннику Михаилу Матусовскому, певцу Брестской крепости Сергею Смирнову). Кстати, на официальном сайте Года литературы есть 75 лет со дня рождения Иосифа Бродского, 75 лет со дня рождения Григория Горина (Офштейна), но нет 80-летия детского-юношеского писателя Альберта Лиханова, тонкого лирика Василия Казанцева или 85-летия ветерана критического цеха Игоря Золотусского. Разные имена и заслуги, но надо было все собрать, выстроить, достойно издать таким тиражом, чтобы это централизованно ДОШЛО до массовых библиотек. Что-то вошло в обрывочную федеральную программу или программу правительства Москвы, что-то выпустили сами издатели и местные власти, но скрепляющей идеи и целевого финансирования многонациональной литературы не было.

 

Особо надо сказать, что при всех разговорах о подъеме патриотизма на ТВ русские писатели-государственники так и не получили поддержки – там, как повелось, привечали представителей либерального лагеря. «Какая разница! – скажет кто-то, – ведь и тут литература». Да, написаны на русском языке и унижающая нас книга новоиспеченного нобелевского лауреата Светланы Алексиевич «Время сэконд-хенд», и отвратительно-пугающая книга раскручиваемого Дмитрия Глуховского «Метро 2035». Но «Быть русским – значит не только говорить по-русски. Но значит воспринимать Россию сердцем…» – наказывал в свое время Иван Ильин. 

 

 ***

 

Изданная литература все труднее доходит до читателя. Около 80 процентов книг по-прежнему распространяется через магазины, 10 процентов – через интернет-торговлю и 10 процентов – через библиотеки. Эти цифры весьма приблизительны, ведь в органах государственной власти, по сути, никто не занимается вопросами обеспечения равной доступности населения к литературному достоянию. Поэтому сегодня вновь возникает вопрос: относится ли книжная торговля к области культуры? Или же в этом определении первично понятие «торговля»?

 

Год литературы, увы, стал торжеством торговли. Взлетевшая арендная плата заставляет закрывать книжные магазины один за другим, появляется низкопробное чтиво в супермаркетах, но привычные книжные закрываются. Есть исторические малые города, где их не осталось вовсе! Вот лишь краткая статистика, наглядно демонстрирующая этот печальный процесс: за два года в России закрылось более 1000 книжных магазинов. В результате по всей стране их осталось не более 1500 на 143 млн населения, то есть примерно 1 книжный магазин на 100 000 человек. Если бы подобное соотношение было с продуктовыми магазинами, мы бы умерли с голоду или случилась бы революция… Во Франции с населением примерно 65 млн человек книжных магазинов – 3500. Так что же, власти Франция в разы умнее наших?

 

Правда, порой и не знаешь, стоит ли продавать книги с такими перлами: «Чугунные решетки отяжелели от воды», «Ушами я ничего не вижу. Я ими шевелю, когда получается», «С влажным лицом размороженного сала», «Пламя хлюпало под ногами», «усмирительная рубашка», «Борщ – это бандеровская похлебка, а мы ведь русские!», «Ложил себе под подушку книжку», «Вошел председатель судового комитета Александр Белышев. Без матроски на голове»… – это лишь немногие опубликованные цитаты из произведений, вошедших в нынешнем году в лонг-лист «Нацбеста-2015»… Вот изнанка литературы!

 

Что еще не сделало правительство главного и системообразующего? Не поддержало литературно-художественные журналы, хотя такая проблема в разговорах писателей с президентом Путиным постоянно поднималась. Ведь это особый, чисто российский – не только литературный, но и культурно-образовательный – феномен. Испокон века именно в них и формировалась национальная идея, концентрировалась лучшая отечественная словесность. Теперь журналы терпят крах. Беседовал с редакторами «Нашего современника» Станиславом и Сергеем Куняевыми, они в тревоге – столько бились, чтобы библиотеки, особенно в провинции, выписывали славный патриотический журнал (где-то и понимающие губернаторы помогали), и вдруг библиотеки стали сливаться, закрываться, гореть!

 

На этом пепелище есть флагман – равнодушные люди, озабоченные лишь своей карьерой, впрямую сожгли весной уникальную библиотеку ИНИОН. Тысячи безвозвратно утраченных ценнейших рукописей и изданий перестали существовать, уничтоженные огнем. Эту трагедию ученые окрестили «культурным Чернобылем». «Ну вот, теперь точно известно, что вместе с ИНИОН сгорела почти вся библиотека нашего Института славяноведения РАН, – сообщал один из блогеров. – Институт лишили помещения для библиотеки еще в начале 1990-х, так что мое поколение в ней так и не поработало. Академии нужно было как-то выживать, так что помещения нужно было сдавать всяким фирмам, и для библиотеки места уже не было. ИНИОН тогда согласился складировать ее у себя, хотя и в совершенно ненадлежащих условиях – но что поделать, ее надо было просто спасать. Но режим выживания науки длится до сих пор, и вряд ли при этой власти что-то изменится. До последнего времени была надежда, что ящики с книгами в значительной части были в другом помещении. Но нет. Это была одна из самых богатых по уникальным изданиям славистических библиотек мира». А с директора – либерального историка Юрия Пивоварова, постоянного участника всяких телешоу, как с гуся вода, он признался, что никогда и не любил административно-хозяйственной работы. А чего ж пошел на такую должность? 

 

***

 

Оптимизация библиотек прокатилась по ряду учебных заведений, включая столичные вузы, сотрудники которых спасали книги, забирая их домой. Также было объявлено о закрытии типографии МГУ, основанной еще в XVIII веке, где Николай Новиков печатал первые журналы России. Продолжает сокращаться число муниципальных библиотек. На конец 2012 года их было 39 969, а еще в 2002 году – 48 697. За 10 лет сокращение составило 18%. Тенденция продолжилась и в «литературном году».

 

Да еще оптимизация принесла новую напасть: именно в Году литературы стали сливать детские библиотеки, присоединять к взрослым. К настоящему моменту в Ленинградской и Воронежской областях закрыто по 15 детских библиотек, в Чувашии и Татарстане – по 10, в Пермском крае – 7 и т.д. (данные РГДБ). И это при том, что дети составляют 33–35% от общего количества посетителей библиотек, а на селе – 40–45%. Часто детские библиотеки исчезают потому, что их объединяют со взрослыми или юношескими библиотеками. Однако социологические исследования показывают, что дети в такие библиотеки идут с меньшей охотой.

 

Беда пришла и на Вологодчину. В последние годы гибли сначала сельские, а потом и небольшие городские библиотеки и филиалы, но грянул гром и в Вологде – власти решили закрыть Вологодскую областную юношескую библиотеку им. В.Ф. Тендрякова, одну из первых и старейших юношеских библиотек России (в 2014 году учреждению исполнилось 75 лет со дня основания). Кого в наше время интересует успешная просветительская работа – оптимизировать, сократить, передать на коммерческие цели – вот главный девиз!

 

Само собой, не обошелся Год литературы без глубокомысленных инициатив в области реформирования школьной программы. Еще весной Комитет по делам общественных объединений и религиозных организаций Госдумы совместно с Российским книжным союзом озвучили планы по «патриотизации литературы», – сообщал «МК». В ходе обсуждения депутат Госдумы Ярослав Нилов предложил убрать из школьной программы романы Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого и М.А. Булгакова: «Школьную программу нужно кардинально пересматривать. По себе могу сказать – в 9–10-х классах сложные философские вопросы проходить рано! Изучать «Войну и мир», «Преступление и наказание», Булгакова и прочих – сложно и рано! Их изучение – это, по сути, навязывание подросткам тех мыслей и идей, которые вынес из этих произведений учитель». Как радостно сообщает издание, Нилова поддержал и племянник российского президента Роман Путин, занимающий должность председателя Русского академического фонда. Он сообщил, что в школе «Войну и мир» тоже не читал...

 

Да, весомый аргумент.

 

Между прочим порадовала провинция – там энтузиасты, истинные патриоты под эту марку – Год литературы – многого сумели добиться, и деньги в региональных бюджетах нашлись. На днях, например, в Орле официально подвели итоги Года литературы. Торжественное мероприятие с награждением лучших писателей года ярко прошло в Институте искусств и культуры. Но не в торжествах дело, а в том, что профинансированные книги вышли и дошли до библиотек, до читателей. 

 

Александр БОБРОВ