21.10.2018
От первого лица
Иван Переверзин, как сказала бы Марина Цветаева, поэт развития: он каждой новой строкой, каждым новым стихотворением предстаёт пер...
Подробнее
22 июня Басманный районный суд города Москвы закрыл находящееся в производстве Главного следственного управления Следственного комитета...
Подробнее
«Хождение за правами» Какие концы! Какие края в нашей бескрайности! С детства любимая то ледяная, то огненно-жарк...
Подробнее
Авторы
Наши партнеры

starodymov.ru

vfedorov.yakutia1.ru

Особый случай

 

 

 

 

 

 

События
В пятый раз вступили в борьбу за титул «Романтик года» поэты, прозаики и менестрели. Идеологом и организатором ...
Подробнее
В посольстве Республики Болгарии в Российской Федерации состоялась встреча творческой интеллигенции Болгарии и России с Президент...
Подробнее
Виктор Потанин, Владимир Костров и Константин Ковалев-Случевский стали лауреатами Патриаршей литературной премии 2018 года ...
Подробнее
Память

 

 

Календарь

опубликовано: 19-05-2018

 

Со встречи с поклонниками поэзии в актовом зале Консульства РФ в Варне начались в Болгарии презентации книги стихов Владимира Фёдорова «Такова судьба гусарская». Вечер в роли гостеприимной хозяйки открыла консул Оксана Жерновая, а вела его хорошо известная во многих странах мира поэтесса, президент Славянской академии литературы и искусства Елка Няглова. Она же — издатель и редактор сборника.

 

На сцену вместе с гостем из России поднялся его друг — переводчик Антонин Горчев, обладатель национальной премии лучшего лирического поэта Болгарии. Поэтому стихи попеременно звучали на двух братских славянских языках и вызвали живую реакцию собравшихся. Так же на двух языках, перемежая диалог поэтов музыкальными номерами, звучали голоса прекрасных вокалисток Ольги Василенко-Коевой и Виктории Панайотовой. Зал активно участвовал в действе, поскольку многие здесь имели самое непосредственное отношение к литературе и искусству и со знанием дела комментировали происходящее. Свою оценку стихам и переводам дали Пенка Живкова, долгие годы руководившая сферой культуры города Варны; профессор Гергана Славова, успешно сочетающая науку с поэзией; Ангелина Бакалова, недавно выпустившая в «Библиотеке Славянской академии» очередную книгу стихов «Далеко от Едема»; Мая Раданова, представляющая известное творческое объединение «Камчия»; неувядаемая Пенка Балева, которая не только десятки лет парит на крыльях поэтического вдохновения, но и в свои 82 года регулярно прыгает с парашютом из поднебесья…

Выслушать мнения столь разных, но одинаково искушённых в поэзии людей было, конечно же, интересно. И все они сошлись в главном: книга «Такова судьба гусарская» получилась удачной и по авторскому замыслу, и по работе переводчика, и по художественному оформлению «под старину» гравюрами XIX века.

— Для меня было очень важно, — рассказал Владимир Фёдоров, — что презентации книги проходили как раз в те дни, когда отмечалось 140-летие окончания Русско-турецкой войны 1877-1878 годов, положившей конец 500-летнему османскому игу Болгарии и позволившей стране начать возрождение как самостоятельному государству. На этой волне, конечно же, всколыхнулась историческая память и благодарность болгарского народа своим освободителям. Ну, а поскольку главные персонажи моей книжки — российские воины, то они в данном случае оказались, как принято говорить, в нужное время в нужном месте. Видимо, был какой-то перст судьбы в том, что издание неторопливо двигалось к выходу в свет несколько лет, но зато «выстрелило» в самый нужный момент.

Конечно же, отправляясь в поездку, я постарался изучить участие в упомянутой Русско-турецкой войне потомков и продолжателей воинской славы моих литературных героев-гусар, сражавшихся на полях Отечественной войны 1812 года. И оказалось, что «гусарская родословная», в которой во все времена присутствовала яркая «поэтическая линия», отменно проявила себя в сражениях с османами. В боях за освобождение болгарских «братушек» от турецкого ига участвовало девять прославленных гусарских полков.

Лихо бил османов знаменитый Ахтырский полк, которым когда-то командовал поэт Денис Давыдов. В лейб-гвардии Гусарском полку Его Величества сражались воины, наверняка знавшие, что когда-то в рядах их предшественников был унтер Александр Грибоедов. Начинавший службу корнетом этого полка, а в Русско-турецкую войну ставший знаменитым генералом, Иосиф Гурко дважды первым перешёл с боями через Балканы, сначала вызывав панику всей турецкой армии, а затем добив её у самых ворот османской столицы Константинополя. Недаром его имя было присвоено рекордному числу освобождённых болгарских поселений и их улицам! Отличившиеся когда-то под Бородино Мариупольский, Сумский, упомянутые Ахтырский и лейб-гвардии Гусарский, а также Изюмский полки наглядно показали туркам «почём изюм российский ценится». Именно здесь один из потомков «гения в эполетах» — Александр Лермонтов был за освобождение города Бургас произведён из полковников генералы…

Мне, родившемуся в Якутии, было приятно напомнить нынешним болгарам, что среди их освободителей оказалось и несколько сибирских пехотных полков: 93-й Иркутский, 94-й Енисейский, 43-й Охотский, 42-й Якутский, 44-й Камчатский. К слову сказать, родной Якутский полк овеял себя славой ещё на Бородинском поле, самоотверженно защищая знаменитые Багратионовы флеши и сдерживая главный удар Наполеона. После этого сражения наградами были отмечены все воины полка, а офицеры Андриевский, Широбоков и Чарников получили золотые сабли с гравировкой «За храбрость».

Нелегко подчас приходилось «якутянам» и на болгарской земле, особенно в одном из боёв с османами в октябре 1877 года недалеко от города Елена. Там, у села Миндя, после войны был установлен памятник на братской могиле тридцати павшим воинам полка во главе с майором Константином Эмольским. Но знаменательно то, что многим другим якутянам позволил остаться в живых в этом сражении вовремя пришедший на помощь Нарвский гусарский полк, которым командовал полковник… Александр Пушкин. Да-да, старший сын великого русского поэта! В декабре того же года нарвские гусары вместе с пехотинцами Якутского и Вятского полков, атакуя по пояс в снегу, взяли считавшийся непреступным Бебровский перевал и выбили османов с ключевой высоты Девичья могила, которую с той поры можно было называть турецкой могилой. Османы потеряли в этом сражении 300 человек против 19 россиян… Яркий победный след оставил в этой войне полковник Пушкин, и когда он через много лет уходил в отставку, нарвские гусары-однополчане подарили командиру часы, где вместо цифр на циферблате значились названия освобождённых болгарских городов…

Вот так неожиданно сошлись на болгарской земле вместе имя-название моей далёкой северной родины и фамилия гения русской поэзии. К слову сказать, после окончания Лицея Пушкин тоже хотел записаться в гусары, но ему не позволил отец. Зато сын с честью исполнил юношескую мечту Александра Сергеевича.

 

— А почему именно гусары стали главными героями вашей книги?

— Это был совершенно особый вид войск. С одной стороны, самый романтичный — кодекс гусарской чести, стремительность кавалерийских атак, красивая форма, традиции шумных дружеских застолий, культ поэзии, блистание на балах и раутах… Сам Карл Великий называл гусар «оружием богов», и в глазах юных дам они были просто неотразимы.

С другой стороны, эта служба считалась самой опасной. Как говорил маршал кавалерии Наполеона Мюрат, «настоящий гусар никогда не доживает до 35 лет». Как самая мобильная и стремительная часть войска, гусары первыми начинали любое сражение и последним покидали поле боя, прикрывая отход или преследуя бегущего противника. И если, к примеру, пехота или кирасиры между боями отдыхали, то гусары использовались для разведки или доставки срочных донесений — они постоянно были в седле и под пулями. Не зря в форму гусара входила так называемая ташка — особая сумка на боку для срочных пакетов.

Интересно, что по традициям того же Нарвского полка право жениться имели только командиры, а если связать себя узами брака решался какой-то другой офицер, то он должен был тут же покинуть часть. Зато командир полка и его супруга фактически считались родителями молодых офицеров и при любой возможности собирали их за своим столом. Гусары настолько дорожили особым статусом и мундиром, что когда полк решили переформировать в драгунский, все офицеры дружно подали в отставку.

 

— И куда ещё, помимо Варны, добрались на этот раз в Болгарии ваши литературные гусары?

— В Шумен, это родной город переводчика Антонина Горчева. Его земляки проявили большой интерес к новой книге переводов одного из своих любимых и уважаемых поэтов, возглавляющего областной Союз писателей. Мне очень повезло, что Антонин хорошо знает русский язык и при этом прекрасно владеет стихотворной техникой на болгарском. Именно любовь к русскому языку и не утраченная с годами юношеская «гусарская» романтика и потянула Горчева прочитать мою книгу, а затем и перевести её. Судя по аплодисментам слушателей-болгар, можно сказать, что свою работу он выполнил блестяще!

В Шумене мы вместе с сопровождавшей нас Елкой Нягловой записали большую передачу на телевидении, затем встретились в городском культурном центре с поклонниками поэзии и местными литераторами, а позже все вместе переместились на дружеский писательский вечер. И, конечно, во время нашего столь основательного и открытого общения прозвучало множество высказываний о стихах и переводах, о совпадениях и различиях в русской и болгарской поэзии, об особых отношениях между двумя славянскими народами, об острой необходимости сохранения давних человеческих и литературных связей в нынешнем противоречивом и непредсказуемом мире.

На следующий день мы переместились в древнюю столицу Болгарии Плиску, где нас принимал создатель культурно-исторического комплекса «Двор Кириллицы» Карен Алексанян. Удивительно, но именно армянин, приехавший когда-то в Болгарию «всего на неделю» создал уникальный мемориал азбуке, которой пользуемся все мы. Но об этом духовном подвиге надо рассказывать особо…

 

ОЛГ