19.05.2019
От первого лица
Новая книга, выпущенная в этом месяце в рамках издательской программы Международного сообщества писательских союзов и издательства...
Подробнее
Наряду с журналом «Голос Востока» и еженедельником «Литература и искусство» русскоязычный литера...
Подробнее
А что такое дым бессмертия, в этот вечер мог понять каждый: курилась ая-ганга, голубая трава, привезённая из Улан-Удэ, ко...
Подробнее
Авторы
Наши партнеры

starodymov.ru

vfedorov.yakutia1.ru

Особый случай

 

 

 

Диплом Ивану ПЕРЕВЕРЗИНУ

за особую роль

в укреплении мира на планете

 

 

События
11 марта мир отметил День содружества наций. В честь этого события Благотворительный общественный Московский фонд мира награди...
Подробнее
В Гаване прошла научная конференция «Равновесие мира» им. Хосе Марти, на которой Международное сообщество писательских...
Подробнее
Песни на стихи Алексея Фатьянова люди поют, порой, не зная автора, считая слова народными. Не это ли лучшая память поэту?! ...
Подробнее
Память

 

 

Календарь

Лев КОТЮКОВ об Эдуарде ХАНДЮКОВЕ
опубликовано: 01-11-2015

Динамичность и динамитность

К 75-летию Эдуарда Хандюкова

 

Открыть тайную свободу в себе, открыть возможность её постижения людям, говорить, внимая, — предназначение поэта в вечности.

Поэзия обращает количество в качество в отличие от масскультуры, обращающей качество в количество.

Афористичность как таковая не самоцель, а естественное состояние наблюдательной, вдумчивой души.

Краткая поэтическая форма выражения была хорошо знакома и современникам Насреддина в Бухаре, и скоморохам Руси, и для современного русского поэта она органична и естественна, и я не могу заподозрить Эдуарда Хандюкова в погоне за экзотикой и оригинальностью.

При кажущейся простоте рубаи — трудная поэтическая форма.

Одним из признаков любого вида искусства является умение достигать минимальными средствами большей выразительности. Поэзия — это как раз та область творческой деятельности, где, согласно известной поговорке: «Словам тесно, а мыслям просторно».

Персидские четверостишия — рубаи (учетверённые) сродни нашим частушкам, которым свойственна образность, динамичность и динамитность, то есть чем больше их условный тротиловый эквивалент, тем ярче и зримей образы.

Разнообразие тем в рубаи Эдуарда Хандюкова не дают скучать читателю.

Как ни странно, эта, вроде бы, архаическая форма стихосложения весьма современна своей краткостью изложения и высокой концентрацией мыслеобразов, что отвечает ускоренным ритмам жизни.

Рубаи Эдуарда Хандюкова в переводе Раванда Рахматуллы на фарси печатаются в журналах и газетах Кабула, где он назван афганскими любителями поэзии «русским Хайямом».

Славянская душа открыта Миру. Она приемлет и японские краткостишия, и европейские верлибры, и персидскую поэзию. Эта открытость определена опытом многовекового общения с народами, населяющими Россию, а их без малого 200, включая малочисленные и автохтонные.

Вот и наш юбиляр не избежал очарования прекрасной персиянки, как великий Сергей Есенин, при этом, не утратив самобытности, даже без малого намёка на подражательность.

Лев КОТЮКОВ

 

 

Эдуард ХАНДЮКОВ

 

В трактире вечности случайный гость

 

*   *   *

Страшит ли нас конец закономерный?

Что ищем неустанно в жизни бренной,

Упругой тьмы буравя скорлупу,

Мы — семечки подсолнуха Вселенной?

 

         *   *   *

Мы землю роем под фундамент благ.

Но кто из нас расслышит впопыхах,

Как черепки былых цивилизаций

Скрипят на экскаваторных зубах?

 

         *   *   *

Тщусь красками перенести на холст

В глазах твоих мерцанье синих звёзд,

Но ускользает ящерицей тайна,

Мне всякий раз лишь оставляя хвост.

 

         *   *   *

Я для тебя одной был дорогим.

Одной тобой, казалось, был любим.

Кто мне открыл закон непостоянства:

«Сегодня жар любви, а завтра — дым?»

 

         *   *   *

Звёзд рукотворных золотую гроздь

С твоим мундиром  ждёт музейный гвоздь…

Чего же сам ты ждёшь нетерпеливо

В трактире вечности, случайный гость?

 

         *   *   *

Кому-то враг, кому-то друг и брат, —

Я многогранен, но тому не рад.

Мне ль изменить природу человека?..

Во мне Христос, Иуда и Пилат.

 

         *   *   *

Здесь даже чёрт на ангела похож.

Под мантией величья дышит ложь...

Забыта истина: на маскарад потешный

Пришёл ты голым, голым и уйдёшь.

 

         *   *   *

Мечтой высокой душу утомил.

Её огонь утих, лишённый сил...

Утешься так: «На вечном небосклоне

В безвестности угасла тьма светил».

 

         *   *   *

Желанная моя, твои глаза —

Ворота в рай, а ключ — моя слеза.

Создатель мой, пошли мне хоть слезинку,

Чтоб плакал я и верил в чудеса.

 

         *   *   *

Вожак сказал: «Ну что ж, начнём с нуля!»

И в порт бежали крысы с корабля...

Но где найдут спасенье эти твари,

Когда начнёт тонуть сама Земля?

 

         *   *   *

Дворцовой люстры отражая свет,

Сиял дубовый наборной паркет,

Искусно спрятав под мастичным лоском

Царапины от царственных штиблет.

 

         *   *   *

Руками юноши, руками ль старика

На древнем камне выбита строка:

«Зачем так долго созреванье плода?

Зачем так скоротечна жизнь цветка?!»

 

         *   *   *

Чудесны сказки. Сказкам свой предел:

Цветок любви расцвёл и облетел…

Я ж всё смотрю на сад заворожённо,

А он, мой сад, — от снега тих и бел.

 

         *   *   *

Малиновка — заботливая мать,

Вскормив птенца, учила петь, летать…

А он, гнездо покинув, в одночасье,

В соседней роще начал... куковать.

 

         *   *   *

Застыла, будто дуло у виска,

Твоя мемориальная доска

С улыбкой бронзовой. Но отчего такая

В глазах — мемориальная тоска?

 

         *   *   *

О, гусеница, символ высших благ!

Пусть ропщет сад, что ты первейший враг.

Жри, милая! Из коконов обжорства

По осени соткут державный флаг.

 

         *   *   *

Легенд и хроник цифры и слова…

О, Родина — весёлая вдова,

Каких мужей ты низводила в бездны

И скольких провела по краю рва!

 

         *   *   *

Трепещут на ветру победно флаги…

В честь павших и живых  пригубим фляги.

Без мужества не только на войне,

И в мирных днях  —  не выжить без отваги!

 

         *   *   *

Ты счастлив при удачном дележе,

Но как сказал однажды Бомарше:

«Вот поворот в зигзаге судьбоносном —

В безденежье подумать о душе».

 

         *   *   *

Мы негодуем, мы поражены

Старанием «шеф-поваров» войны.

А повара, над нами потешаясь,

Пекут для нас блины… из белены…

 

         *   *   *

Пугает к власти рвущийся злодей,

Пугает даже тень пустых идей…

Но более страшит и унижает

Глухое безразличие людей.

 

         *   *   *

На краешке последнего мгновенья

Откроется твоё предназначенье,

Но не горюй, коль делал что не так, —

Жизнь украшают даже заблужденья.

 

         *   *   *

Неумолим разлук печальный рок

Средь пустырей, заброшенных дорог,

Среди толпы угрюмых одиночек…

Кто в сердце с Богом, тот не одинок.

 

         *   *   *

Пускай враги от ужаса дрожат —

В полглаза спят ракеты-сторожа!..

Весьма он чуток и не безопасен —

Сон разума на острие ножа.

 

         *   *   *

Похвальна познавательная прыть —

Частицу мироздания открыть,

Чтоб миллиарды долларов затратив,

Бозоном Хикса Бога удивить.

 

         *   *   *

Я — лунный блик, мерцающий в реке…

Я — след змеи, затерянный в песке…

Я — тень любви языческого бога…

Я — пьяница, уснувший в кабаке…

 

         *   *   *

Кий, как смычок, видать, по нраву Музе —

Мой шар Судьбы:  от трёх бортов и… в лузе.

Неужто жизнь моя —  случайный эпизод

На поле нескончаемых иллюзий?!

 

         *   *   *

Под шелест дней в моём календаре

Смола сосны стекает по коре…

Но вопреки закону мирозданья

Застыло время мухой в янтаре.    

 

         *   *   *

Невзрачный воробей, — не соловей,

Но люб он воробьихе, хоть убей!

И трели соловья её не греют —

Чужую песнь не сделаешь своей.

 

         *   *   *

Мир утопает в злобе и крови,

Повсюду: то чужие, то свои…

Наивные, не ведая об этом,

Поют для тех и этих – соловьи.

 

         *   *   *

О равенстве потолковать любитель,

Ты, верно, не землянин, — небожитель.

Смотри, на ринге, присмирев, лежит

В нокауте вчерашний победитель…

 

         *   *   *

Как коротка дорога в мир иной!

Повадка быстро жить — тому виной.

— Эй, как вас там, прошу,  не напирайте,

Бегущие, спешащие за мной!..