19.05.2019
От первого лица
Новая книга, выпущенная в этом месяце в рамках издательской программы Международного сообщества писательских союзов и издательства...
Подробнее
Наряду с журналом «Голос Востока» и еженедельником «Литература и искусство» русскоязычный литера...
Подробнее
А что такое дым бессмертия, в этот вечер мог понять каждый: курилась ая-ганга, голубая трава, привезённая из Улан-Удэ, ко...
Подробнее
Авторы
Наши партнеры

starodymov.ru

vfedorov.yakutia1.ru

Особый случай

 

 

 

Диплом Ивану ПЕРЕВЕРЗИНУ

за особую роль

в укреплении мира на планете

 

 

События
11 марта мир отметил День содружества наций. В честь этого события Благотворительный общественный Московский фонд мира награди...
Подробнее
В Гаване прошла научная конференция «Равновесие мира» им. Хосе Марти, на которой Международное сообщество писательских...
Подробнее
Песни на стихи Алексея Фатьянова люди поют, порой, не зная автора, считая слова народными. Не это ли лучшая память поэту?! ...
Подробнее
Память

 

 

Календарь

О «развенчании» братьев Стругацких
опубликовано: 05-10-2016

 

 

Пролеткульт

ХХвека?

 

Во все времена находились люди, для которых особым удовольствием было «развенчивать» великие имена. Вспомним древнегреческого критика Зоила, который, что называется, «ловил блох» в гомеровских поэмах

 

Нередко такими «критиками» и «разоблачителями» движет вовсе не желание отыскать научную истину, добиться справедливости, а элементарная зависть к великим. Другие же следуют идеологическим догмам или политической конъюнктуре. Именно последними соображениями, похоже, руководствовался автор статьи «Бегство от действительности. Постмодернистский вариант» в «Сути времени» — газете одноимённого движения, где объектом критики стал крупнейший писатель ХХ века, работавший в жанре фэнтези, Джон Толкин. По мнению Святослава Иванова, создатель Средиземья сознательно уводит читателей в искусственно сконструированный мир грёз и иллюзий, вместо того чтобы в реальной жизни бороться за лучшее будущее. Можно вспомнить в связи с этим, что довоенная литературная критика точно такие же обвинения высказывала в адрес Александра Грина, признанного позднее одним из крупнейших писателей-романтиков ХХ века.

На сайте информагентства «Регнум» пытаются подобным же образом «развенчать» братьев Стругацких, приписывая им идеи разделения человечества на искусственно выведенную породу «сверхлюдей» и всех остальных, серую биомассу. Насколько верны и справедливы подобные выпады? Об этом журналист Анатолий Беднов поговорил с архангельским писателем, руководителем регионального отделения движения «Народный собор» Александром Тутовым.

 

— Некоторое время назад в газете движения «Суть времени» появилась статья, автор которой нападает на Джона Толкина, обвиняя его в том, что романы прославленного писателя представляют собой бегство от действительности (эскапизм) в царство фантазии. Если следовать такой логике, любого фантаста или сказочника можно упрекать за уход от реальности. Получается, лишь сугубо реалистические творения достойны внимания читателей, а то, что находится за гранью обыденности и повседневности, как говорили во время оно, «буржуазный идеализм».

— Так можно и любого поэта обвинить, если он не про революцию стихи пишет.

 

— Не про прогресс. Как у Блока по поводу таких «критиков» сказано: «Человечество движется по пути прогресса, а Пушкин воспевал женские ножки». Ещё Рэй Брэдбери вспоминается: «Ох уж этот реализм, чтоб его!»

— Наоборот, отталкиваясь от классиков, надо всех объединять. У Толкина в его произведениях как раз и говорится об опасности власти, хотя и в сказочной манере. «Властелин колец» — одно из самых грамотных и сильных произведений о том, к чему это приводит даже лучших из героев. Тот же Фродо в конце захотел стать властелином кольца.

 

— Искушение властью испытывают многие положительные персонажи романа: Боромир, Галадриэль, Гэндальф. То есть в основе его лежит очень мудрая, христианская мысль: нет людей без греха, любой может проявить слабость, поддаться соблазну, причём из самых благих соображений.

— При этом прикоснуться к кольцу они не рискнули, понимая, чем это чревато для них и для мира. С помощью кольца можно много хорошего сделать, но, в конце концов, оно поработит, как поработило Исилдура. Просто хорошего человека оно портит медленнее…

 

— Всякая власть развращает, но абсолютная развращает абсолютно.

— Тяжёлый роман, на самом деле. Там много опасностей, испытаний.

 

— И не все их выдерживают.

— Тот же Исилдур, который победил Саурона, совершил подвиг, а перед кольцом не устоял. И обвинять автора произведения, что оно уводит от действительности можно, только посмотрев какие-то отрывки из фильма, не прочитав самой книги.

Есть, конечно, среди движения толкинистов, ролевиков те, кого называют «эльфанутыми». Но надо учитывать, что это отдельные экзальтированные личности, которые влюбляются в кого-то из персонажей.

 

— Это как в песне Высоцкого: «Только в грёзы нельзя насовсем убежать», потому что когда в игру уходят «насовсем», тут уже требуется медицинская помощь. Но большинство-то ролевиков понимают разницу между реальным миром и творческой фантазией.

— Среди толкинистов есть хорошие поэты, писатели, музыканты, общественники, к тому же физически хорошо подготовленные люди. Я понимаю, что нападение на Толкина — это нападение на ролевиков и реконструкторов, которые изучают историю нашей Родины. А кто у нас вышел из реконструкторов? Тот же Игорь Стрелков, Олесь Бузина и масса других людей, которые подходили к этому очень серьёзно. Я понимаю, что Стрелков не нравится «Сути времени». Он — человек прямой, может быть, в некоторых вещах и ошибающийся, не во всём правый в своих высказываниях, но в последнее время он стал всё меньше ляпсусов допускать.

 

— Как это ни парадоксально звучит, английский писатель Толкин учит российских читателей патриотизму. Хотя действие его книг происходит в вымышленном мире, но его романы побуждают читателей изучать историю своей страны.

— Да. Поэтому среди ролевиков так много патриотов, людей с имперскими взглядами, тех, кто за империю в советском или монархическом варианте.

 

— Толкин близок тем, кто знает и любит национальную историю. При этом вовсе не обязательно быть сторонником реставрации монархии, но надо уважать традицию, прошедшую через века.

— Среди ролевиков немало ярых сторонников Советского Союза, что не мешает им с уважением относиться к дореволюционной истории.

Вообще к фэнтези надо относиться как к особому виду литературы, которому отдавали дань и русские классики, например, Пушкин («Руслан и Людмила»).

Выходит, что и Пушкин, и Гоголь уводят из реального мира? Тогда давайте всю классику нашу выбросим.

 

— Это напоминает мне ситуацию, сложившуюся в советской литературной критике в двадцатые-тридцатые годы, когда существовали такие организации, как РАПП, «Пролеткульт» и прочие. Был такой автор Раппопорт, который нападал на Корнея Чуковского: зачем он сочиняет сказки про Айболита и Мойдодыра, надо писать о социалистическом строительстве, разъяснять им научные теории, учить материализму. Кто теперь помнит Раппопорта? А Чуковского знают все, он переведён на многие языки, в том числе на английский, как Толкин — на русский.

— У меня создалось впечатление, что в нашу школу с начала девяностых проникли поклонники Раппопорта: школьников отучают от литературы, от сказочных произведений. По крайней мере, отучали. Те, кто нападает на фантастику, забывает, что именно она будит воображение. Это — развитие эволюционным путём, изобретение, рассмотрение различных вариантов экономической, политической ситуации. Она воспитывает думающих людей. А разве думающие люди стране не нужны?

«Суть времени» — в принципе, уважаемая мной организация, там немало хороших людей. Но зачем они публикуют такие материалы?

 

— Подобные публикации следовало бы озаглавить в духе «Правды» или «Комсомолки» сорокалетней давности: «Куда зовёт нас господин Толкин?» Надо брать из советского прошлого лучшее и приспосабливать его к современным реалиям, а они как будто нарочно хотят заимствовать то негативное, что, в конечном итоге, погубило СССР.

— Перейдем от фэнтези к теме научной фантастики или, как говорили братья Стругацкие, фантастическому реализму или сверхреализму. Они правильно говорили: есть литература, а есть нелитература. И деление на жанры нужно только для классификации, а не противопоставления: «лёгкий жанр» — «серьёзный жанр».

 

— Автор «регнумовской» статьи Александр Горбаруков называет Стругацких ни много, ни мало «основоположниками социального расизма». Приведу здесь обширную цитату, дающую представление об отношении автора к творчеству братьев-фантастов и сути выдвигаемых в их адрес околополитических обвинений. Итак: «"Жук в муравейнике" и "Волны гасят ветер" посвящены проблеме сознательной селекции человечества на обычных людей и сверхчеловеков (люденов). Селекция опять-таки ведётся неведомыми (неземными) силами в неясных целях, но даже "чекист", то есть комконовец-2 Максим Каммерер признает неизбежность разделения человечества и надеется на то, что людены не забудут родную Землю в случае беды. В свою очередь, и тайные прогрессоры, и арканарские книгочеи в "Трудно быть богом" являются частью средневекового общества, но отделены от него своими целями, задачами и возможностями. Им и только им авторы отводят роль проводников в будущее. Да и в "Хищных вещах века" главный герой, выполняя своё тайное задание, тоже пропитан чувством пусть и коммунистического (такой был у Стругацких период), но превосходства над заскорузлыми мещанами-обывателями. И в самой любимой, наверняка, всеми сказке "Понедельник начинается в субботу" маги отделены от других людей своими невероятными знаниями и основанными на них возможностями».

— Сегодня у нас почему-то принято считать, что Стругацкие — либеральные фантасты. Такое могут писать и говорить только те, кто не читал всех их произведений. Да, младший брат, Борис Натанович — он более либеральный, у него есть соответствующие высказывания. А старший брат Аркадий был человеком яркой коммунистической направленности и оставался им до конца своей жизни. Надо понимать, что писатели братья Стругацкие и отдельно Аркадий и Борис Стругацкие — это не одно и то же. И когда они писали по отдельности, можно сравнить их произведения: Возьмём, например, «Повесть о дружбе и недружбе» Аркадия Стругацкого — это произведения учащее, воспитывающее, так сказать, хороших пионеров. А книги Бориса Стругацкого — они более либерального направления: «Бессильные мира сего», «Поиск предназначения». То есть после смерти Аркадия стало не хватать его, чтобы делать достойные произведения.

А то, что их критикуют за противопоставление обычных людей и сверхлюдей… Так вы вчитайтесь в произведения Стругацких. Они же против прогрессорства выступали: никого не надо тянуть насильно…

 

— Загонять к счастью. Получится в итоге большая арканарская резня.

— Об этом говорится в романе «Жук в муравейнике»: не надо таких прогрессоров на нашей земле. У них во многих книгах очень чётко сказано: не нужно вмешиваться в чужую историю. Или в «Обитаемом острове»: когда Максим Каммерер, который героически борется со злом, под конец поторопился и из лучших побуждений взорвал башни. К чему это ведёт? К печальному результату: жуткий голод, гибель массы людей, война.

В «Пикнике на обочине» главный герой Стругацких оказывается не самым положительным. Да, он был проводником в зону, но за своё сталкерство заплатил болезнью дочери.

«Понедельник начинается в субботу» — прекрасная книга. Но опять пишут о том, что герои отделяют себя от основной массы людей. Почему? На самом деле это книга о людях, для которых работа важнее всего остального. А у автора «Регнума» своя версия: это сверхлюди, которые на других плюют.

 

— Конечно, делить людей на высших и низших по какому-нибудь признаку — это плохо. Но есть и другая крайность — всеобщая уравниловка, когда всех гребут под одну гребёнку. То есть налицо такой левацкий популизм: «Не надо, хлопцы, нам Шекспиров». Чтобы в обществе царило казарменное единообразие: никто бы не высовывался, не выделялся талантами и способностями, не выбивался из общего ряда, был, «как все».

— И чтобы ели все одно и то же, и еда называлась бы «корм».

 

— И ели бы из однотипных алюминиевых мисок, бдительно следя за тем, чтобы у всех пайки были одинаковые.

— Один такой герой уже есть — у Булгакова. «Собачье сердце» — мудрое произведение. Не зря его снял режиссёр-коммунист. Он же тоже понимал, что такая уравниловка не нужна. К этой уравниловке, кстати, Троцкий призывал, так что автора статьи можно самого обвинить — в троцкизме.

 

— Кстати, «Собачье сердце» — это тоже критика прогрессорства: профессор Преображенский сделал из собаки человека — на свою голову…

То есть идея о пагубности прогрессорского вмешательства, только уже не в форме «чистой» фантастики, а социальной сатиры, гротеска.

— Левые революционеры, которые отделяли себя от общества — те же прогрессоры, которые привели к непонятным результатам. Как бы мы сейчас жили, если бы не было Гражданской войны? Погибли лучшие — как со стороны красных, так и со стороны белых.

Сейчас много издаётся дешёвой, неинтересной фантастики и фэнтези. Я теперь редко читаю фантастику, потому что новых достойных вещей почти не попадается. Хотя есть и интересные авторы, как, например, Фёдор Березин, который сегодня — замминистра обороны Донецкой народной республики. Мы и его будем обвинять, что уводит от реальности? Если я не согласен с либеральными взглядами Бориса Стругацкого, почему должен отвергать всё, что он написал? Почему-то не наезжают на таких авторов, как Сорокин, Улицкая, Донцова, а выбирают «мёртвых львов», чтобы их попинать.

Именно произведения таких писателей, как Толкин и Стругацкие, должны учить нашу молодёжь, и не только молодёжь, бороться со злом, противостоять соблазну власти, сребролюбия, мещанства.